Денис Леонтьев, известный как «Бонус», появился на свет в Санкт-Петербурге и к возрасту двадцати пяти лет завоевал признание одного из ведущих райдеров сноуборда во всем мире. Его специализация – дисциплина под названием «джиббинг». Для тех, кто не знаком: это техника катания со скольжением по различным конструкциям, изготовленным из металла, дерева и пластика. В его аккаунте в социальной сети «Инстаграм» насчитывается более полувековой отметки подписчиков, а во время пребывания в Сочи практически каждый райдер стремился сделать совместное фото с ним. Red Bull Roll the DiceС Денисом мы состоялись на следующий день после .
В России меня принимают за американца
— Что ты здесь делаешь помимо катания?— Я предоставляю интервью, к примеру. Согласовываю организацию парка, поскольку после этого лагеря сразу начинается следующий этап. В остальном все идет по обычному сценарию. Здесь я бываю примерно пять раз в год, приезжаю для катания.
— Как тебе контест?— Этот турнир занимает особое место среди моих предпочтений, поскольку к участию приглашаются райдеры любого уровня подготовки. Сноубординг – это многогранное увлечение: есть те, кто специализируется на катании по перилам, другие предпочитают выполнять трюки с прыжков, и существуют спортсмены-профессионалы. И каждый из них имеет шанс одержать победу в этом состязании, поскольку здесь решающую роль играют мастерство исполнения и везение. Среди всех видов соревнований именно прыжки вызывают у меня наибольший интерес.
— Алексей Соболев, участник Олимпийских игр 2014 года, выразил мнение об отсутствии перспектив для российских сноубордистов на грядущей Олимпиаде. Каково ваше отношение к этому утверждению? — Это связано с тем, что начинающие спортсмены ориентируются на американских коллег и стремятся копировать их манеру. Они не пытаются выработать индивидуальный подход и повторяют за другими. По крайней мере, так я считаю. Хотя есть Антон Мамаев, который выполняет сложные акробатические элементы с тройным оборотом. Еще Влад Кадони…
— Кадони?— Да, мы немного подшучиваем над ним по этому поводу. На самом деле речь идет о Владе Хадарине. Этот спортсмен проводит много времени в Италии, но состоит в российской команде. Также есть Михаил Матвеев. Именно эта троица вызывает у меня наибольший интерес. У них есть потенциал для участия в заключительных соревнованиях Олимпиады, однако победа станет настоящим сюрпризом. Возможно, появится шанс на следующих Олимпийских играх, когда условия для подготовки будут более комфортными внутри страны, чтобы летом не покидать ее.
— Сколько дней в году ты проводишь в США?— Продолжительность пребывания зависит от конкретного сезона. В прошлом году я провел пять месяцев за границей, в этом – всего три месяца. Три года назад находился там десять месяцев, затем ненадолго уехал и вновь вернулся на пять месяцев. Ранее меня двигала цель продемонстрировать американцам свои возможности. Это не было стремлением к всеобщей победе; я просто хотел доказать, что Россия — это не только водка и борьба с медведями. К сожалению, несмотря ни на что, многие в США придерживаются именно такого стереотипного представления о нашей стране. Раньше меня привлекала возможность работы в Америке из-за более крупных бюджетов и лучших условий. Однако я осознал, что для этого необходимо либо родиться в Штатах, либо в Европе, поскольку к россиянам там относятся с определенной осторожностью и не проявляют желания их принимать на работу. Поэтому сейчас мой фокус направлен на Россию, а поездки в Америку будут носить эпизодический характер – примерно три месяца в году для катания и встреч со старыми друзьями.
— Ты был там популярнее, чем в России?— Считаю, что шансы равны: 50/50. Забавно, что некоторые россияне считают меня американцем. Они видят надпись «Бонус» на английском языке, а затем читают мои публикации на русском и по-настоящему удивляются. Вероятно, у меня сложился определенный имидж. В Америке сноубординг очень популярен; о нем постоянно говорят, и все друг друга знают. Существует своя индустрия в Японии, но она довольно закрытая. В Европе интерес к этому виду спорта заметно снизился, а в России наблюдается спад активности. Здесь часто организуют масштабные мероприятия с целью создания шоу-программы, приглашения девушек в купальниках и получения прибыли. А углубляться в спортивную составляющую пока не готовы; подобных мероприятий немного, и они привлекают мало внимания.
— Но развлекательные истории тоже нужны?— Безусловно, именно это и является целью New Star Camp. Этот проект способствует распространению сноубординга среди широкой публики. После подобных мероприятий около тысячи человек ежегодно начинают осваивать доску. Помимо этого я хотел бы организовать ежемесячные встречи для райдеров, на которые собиралось бы примерно сто участников для проведения соревнований. Подобные события довольно распространены в Европе.
Никогда не был обделен женским вниманием
— Ты родился в Питере. Расскажи о детстве?— Я рос неподалеку от станции метро «Проспект Просвещения», на улице Поэтическом бульваре. В то время это был пригород города. Там были нежелательные элементы, хулиганы и прочее. Было небезопасно: происходили стычки практически постоянно. Сноубордингом я увлекся в 15 лет, начал кататься с 2007 года. Это довольно поздний старт, но мне все далось сразу. Кстати, что произошло, когда я впервые возвращался после катания по проспекту Просвещения?
— Очевидно, что-то нехорошее.— На меня совершили нападение хулиганы, они похитили мой сноуборд и мобильный телефон. После этого я был вынужден обратиться за медицинской помощью из-за сотрясения мозга. Это было характерно для места моей проживания ( смеется).
— А где ты катался в Питере?— В отдаленных районах города. А в 2007 году отправился на Домбай. Таким образом прошло ровно десять лет с тех пор, как я посещаю сноубордические лагеря. Я узнал о них в 2007-м, когда приобретал кроссовки в магазине. Там познакомился с одним парнем. Он рассказал мне историю о том, что меня якобы обманули на районе. Спросил, катаюсь ли я. Ответил утвердительно. А он поведал мне, что они едут на Домбай в сноубордический лагерь. Мне тогда было 15 лет. Я спросил: «Что это такое?». Естественно, рассказ вызвал интерес. В итоге, зная этих ребят всего пару-тройку часов, я поехал вместе с ними. Мама проводила меня на вокзал, приобрела билет и познакомилась с ребятами перед тем как отпустить.
В Санкт-Петербурге в юности мы часто посещали Коробицино и «Охта-Парк». Там местные энтузиасты создали подсвеченный парк аттракционов еще в 2008 году, что вызвало широкий резонанс по всей стране. Я нередко брал сноуборд с собой в школу, а после нескольких уроков спешил на горку. Так продолжалось ежедневно до тех пор, пока не растаял снег. Интересно, но даже летом мы находили возможность кататься. Мы приобретали ледяную крошку на катке, упаковывали ее в полиэтиленовые пакеты и устраивали заезды в парке Авиаторов. Там есть небольшая ограждающая конструкция, из которой мы формировали трассу для спуска и катались примерно два раза в неделю. Мы были преданными поклонниками своего увлечения.
— В школе у парня со сноубордом была большая аудитория поклонниц? — Да, я не был обделен женским вниманием (улыбается). Таким образом, с доской или без неё… таков я есть. Вероятно, вызывающий сенсацию ( смеется). Я всегда был искренним и никогда не старался казаться кем-то другим.
— Часто приезжаешь в Питер?— Я стараюсь как можно чаще навещать мать, но не всегда это удается. Иногда я могу приезжать за месяц трижды, а иногда всего лишь несколько раз в год. Все зависит от моих текущих задач и обязательств.
— Катаешься на родине?— Безусловно, каждый раз. Большинство моих друзей по-прежнему проживают в Санкт-Петербурге. Мои летние лагеря я организовываю совместно с друзьями из Питера. С 5 по 9 мая запланировано катание на снегу и музыкальный фестиваль в Коробицыно.
Человек, который катается по перилам
— Мне приходилось слышать утверждение, что освоить джиббинг под силу каждому желающему, а разработать собственный трюк гораздо проще, чем довести до совершенства уже существующий. Вы разделяете эту точку зрения? — Не так давно я бы поддержал эту точку зрения. В самом начале своего пути мне приходилось самостоятельно разрабатывать новые элементы, экспериментировать и сочетать разные приемы. Сегодня фристайл на сноуборде достиг значительного прогресса: ежедневно в социальных сетях появляются видеоролики о новых достижениях райдеров. Создание чего-то принципиально нового становится крайне сложной задачей, поскольку существуют определенные ограничения. В настоящее время для изобретения уникального трюка требуется подвергать себя существенному риску.
— По всей видимости, твоя специализация – одна из самых интересных среди неофициальных дисциплин, однако она до сих пор не вошла в олимпийскую программу. Это вызывает негодование? — Напротив, это меня радует. Когда что-либо становится слишком популярным и распространенным, оно теряет свою привлекательность. Я по сути занимаюсь катанием на перилах, и когда я говорю об этом, люди часто не понимают происходящего: они задают вопросы вроде «Какие перила?! Что ты имеешь в виду? Как это возможно? В городе?» Ведь существуют обычные сноубордисты, которые предпочитают прыжки с трамплинов. А я специализируюсь на катании по перилам – и мне это очень нравится. Хочу еще раз подчеркнуть: меня не интересует стремление к всеобщему признанию или тому, чтобы люди преклонялись передо мной. Мне безразлично мнение окружающих; главное для меня — моя увлеченность делом.
— Значит ли это, что тебе совершенно нет дела до участия в Олимпийских играх? — В 2012 году мне поступало предложение войти в состав национальной команды, однако я отклонил его. Меня приглашали к тренировочному процессу и подготовке к Олимпийским играм в Сочи. Но это не соответствовало моим принципам. Я не готов изображать из себя того, кем не являюсь, и заниматься спортом без истинного желания. Если бы увлечение сноубордингом приносило мне искреннее удовольствие, я бы стремился к участию в Олимпийских играх. Но для меня этот вид спорта – внутренний импульс. Мне не нужен тренер, строгая методика подготовки или ранние подъемы.
— Твой годовой доход?— Моя ситуация отличается от футболиста. В прошлом году основной источник моего дохода составили призовые за участие в соревнованиях. Я посетил множество состязаний и одержал победы во многих из них. Летом я работал преподавателем для подростков старше 16 лет, выполняя функции инструктора. И, разумеется, существенную поддержку оказывают мои спонсоры. Не могу жаловаться на сложившиеся обстоятельства – все складывается благоприятно. Я вырос в спортивной школе «Просвет», и мне не пристало недовольство жизнью. Сейчас я проживаю в Москве, катаюсь в Сочи и Америке. Это значительно лучше, чем те времена, когда меня оставили с доской.
— До скольки лет ты планируешь кататься?— Как профессионал я планирую продолжать выступать на соревнованиях еще примерно пять лет. А общее увлечение катанием продлится всю мою жизнь. Кроме того, существуют и другие проекты для реализации. У меня уже есть собственные торговые марки. Возможно, появится телешоу. Но в любом случае я останусь верен этой сфере деятельности – здесь мое место!
Сочи — Санкт-Петербург