Любовь действительно обладает огромной силой и не знает преград. Сложно было представить, что роман сноубордистки Алены Заварзиной с американским коллегой по спорту, Виком Уайлдом, приведет к таким последствиям. Он искренне влюбился в нашу спортсменку и отправился за ней в Россию. Совместная жизнь и катание на сноуборде складывались удачно, что подтвердилось их отбором на Олимпиаду. Именно здесь Вик Уайлд полностью раскрыл свой потенциал! Сначала он одержал победу в соревнованиях по параллельному гигантскому слалому, а затем в субботу добавил золото в параллельном слаломе к семейным достижениям. Нельзя не отметить удачный выбор Алены в лице супруга. С таким человеком точно не окажешься в беде ни в России, ни в Америке. Сам Вик, однако, не планирует возвращаться на родину – ему комфортно и хорошо здесь.
Эй, парень, ты чего?!
— Я не рассчитывал на победу сегодня, — сказал Уайлд после триумфа в параллельном слаломе. — Моя цель была просто получить удовольствие и хорошо отдохнуть. Даже промелькнула мысль: «Ты серьезно? У тебя уже есть одно золото! И ты хочешь еще одну?!» Однако, когда в полуфинале мне достался австриец Бенджамин Карл, которого я ранее постоянно проигрывал, я решил, что должен его обыграть.
— Во втором этапе полуфинала ваше выступление было поистине захватывающим. Какие мысли посещали вас перед стартом? — В первую очередь, для меня первостепенной задачей было безупречное преодоление первых четырех этапов. (Перед повторной попыткой Уайлд отставал от Карла на 1,12 секунды — «Спорт День за Днем»). В такой ситуации мне удалось бы достичь оптимальной скорости. По мере приближения к середине дистанции стало ясно, что есть возможность обойти соперников. Карл демонстрировал хорошую езду, но в тот момент я оказался на более скоростной трассе. Ранее у меня никогда не получалось его опередить, однако на Олимпиаде это произошло.
— Имело ли для вас значение то, что вы стали первопроходцем и первым олимпийским чемпионом в дисциплине параллельный слалом? — Я не могу назвать себя экспертом слалома. Существует немало других талантливых спортсменов, и многие из них демонстрируют более высокий уровень катания. Однако некоторые из них нередко теряют равновесие. Мне же удается сохранять контроль. Я чувствую себя уверенно на своей доске. И сегодня я показал лучший результат в моей карьере – в этом я абсолютно убежден.
— Какими факторами был обусловлен столь заметный прогресс в достигнутых результатах? — Сегодня? Внезапно Уайлд заговорил по-русски.
— Сегодня и вообще.— Я приложил немало усилий к тренировкам и уделял внимание обеспечению себя качественным снаряжением и поддержкой, — Уайлд, как обычно, заговорил на английском языке. — В моей команде есть даже специалист, который занимается шлифовкой кантов на доске и восковой обработкой сноуборда. Недавно я получил травму голени, и врач хоккейной сборной России предложил свою помощь. Все эти люди помогли мне добиться таких высоких результатов.
— По словам вашего тренера Дениса Тихомирова, ваш успех обусловлен упорным трудом, а не природными способностями? — Я с этим согласен, это закономерный итог больших усилий. Трудиться усерднее, чем я, некому.
Пиво снова нельзя
— Вы переживаете, как в США относятся к вашим победам?— Всегда можно встретить человека, испытывающего к тебе неприязнь – такова природа мира. Однако я ощущаю поддержку и в Америке. Когда мне было семь лет, я грубо ответил своему другу Хансу Вандербургеру. А теперь, спустя двадцать лет, он связался со мной. Если даже Ханс меня поддерживает, то, вероятно, ситуация не столь плоха. Подавляющее большинство людей желают мне успехов и оказывают поддержку. Меня постоянно спрашивают: что бы произошло, если бы я выступал за сборную США? Но там я завершил карьеру в сноуборде и планировал поступить в колледж на архитектора. И тут появилось предложение из России. Я принял его. Смена гражданства была не поиском более выгодных условий, а возможностью продолжать заниматься любимым видом спорта.
— Почему в США вы не могли тренироваться дальше?— У нас был прочный фундамент. Однако возникла другая трудность: прежде я занимался самостоятельно, а на турниры выезжал в составе японской национальной команды. В российских реалиях всё иначе – теперь со мной взаимодействует значительное количество тренеров и экспертов разных профилей.
— Я заявлял об отсутствии каких-либо перспективных намерений. Изменилось ли это в течение дня? — Я продолжаю стремиться к жизни в моменте. Некоторые дела еще предстоит завершить. Планирую и далее выступать, надеясь на свою пользу для окружающих.
— После триумфа в гигантском слаломе вы высказывали желание выпить пива. Сейчас у вас появилась такая возможность? — К сожалению, нет (улыбается). Вероятно, мои высказывания стали неудачным примером поведения спортсмена. Однако прошу понять, в тот момент я был крайне измотан.
Сочи