Лесгафт: бальзамировал императрицу и потерял расположение наследника престола.

В течение полугода мы рассказывали об олимпийских чемпионах и призёрах, их наставниках, учёных, всех связавших обучение или работа в университете имени Лесгафта. Теперь настала очередь поговорить о Петре Францевиче Лесгафте, в честь которого назван Национальный Государственный университет физкультуры и спорта в Санкт-Петербурге.

В юности он занимался бальзамированием тела императрицы, а в старости подвергался преследованиям со стороны царской власти. Для учащихся он являлся человеком, делающим увлекательной «мертвую» науку анатомии.

Бальзамировав мать Александра II, отправили его из университета.

Петр Францевич Лесгафт появился на свет 8 (20) сентября 1837 года в семье ювелира Иоганна Петера Отто Лесгафта, немца по происхождению, принявшего русскую культуру. Иоганн Лесгафт, подобно Андрея Штольцу из гончарной мастерской, полностью соответствовал своим немецким корням: точен в своих действиях, дисциплинирован, строг и не претендовал на многого.

Воспитание таким образом повлияло и на его сына – Петр был аскетом, редко пользуясь извозчиком. К облику студентов он относился строго, высмеивая их за яркие украшения и помаду. Человек, по убеждению Лесгафта, должен был выделяться знаниями, а не внешними деталями.

В юности Петр работал в аптеке: растирал порошки, сушил травы. Семье требовались деньги, а отец считал, что так сын быстрее освоит труд. Петр Францевич любил трудиться, но отталкивала его монотонность работы аптекаря. Поэтому он принял для ребенка тяжёлое решение – пошёл наперекор отцу и покинул аптеку.

Иоганн Лесгафт был недоволен поступком сына и ругал его. Понимая, что переубедить не удастся, просто махнул рукой: «Делай, что хочешь!».
Этот период тяжело дался Петру, так как он чувствовал себя бесполезным. Однако старший брат Александр поддержал Петра и помог ему поступить в немецкую гимназию. Там Лесгафта прозвали «занозой» за поток вопросов, которые он задавал учителям.

Окончив гимназию с серебряной медалью, Лесгафт поступил в Медико-Хирургическую Академию и на третьем курсе увлекся анатомией.

Еще студентом любил практиковаться, работая с трупами людей и животных. Уже преподавателем требовал от учеников постигать свой предмет не по книгам, а на практике. Петр Францевич считал, что студент, заучивающий книги, имеет хорошую память, но не умеет рассуждать и, зная общие положения, встанет в ступор при разрешении частных вопросов. Потому студенты пересдавали Лесгафту экзамены по 10 раз. И только досконально изучив предмет на практике, получали зачет.

Благодаря своей наблюдательности Лесгафт привлек внимание профессора Венцеслава Грубера, создателя самого большого в России музея анатомии. Грубер предъявлял высокие требования к студентам и мог оставить их на второй год. В Лесгафте он увидел большой талант и назначил его своим помощником.

До окончания университета Лесгафта Грубер поручил ему помогать при бальзамировании тела императрицы Александры Федоровны, жены Николая I и матери Александра II. За выполненную работу Лесгафт получил вознаграждение в размере 300 рублей.

В 1865 году ему присудили степень доктора медицины за диссертацию «Об окончании продольных мышечных волокон прямой кишки у человека и некоторых животных». Через три года Грубер предложил Петра на должность экстраординарного профессора кафедры физиологической анатомии Казанского университета.

Лесгафт начал преподавать, но первая лекция прошла неудачно. Молодой преподаватель нервничал, читал плохо, а слушатели недовольны шикали. Тем не менее, он взял себя в руки и на последующих лекциях удачно сочетал энергичность выступления с глубоким знанием предмета, что привело к овациям студентов. Лекции Лесгафта длились 2-3 часа и пользовались большой популярностью: зал был полон даже в праздничные дни и воскресенье. Коллеги восхищались трудолюбием Лесгафта.

Лесгафт придерживался прогрессивных взглядов, стремясь к тому, чтобы женщины могли работать врачами не только в литературном контексте, как в произведении Чернышевского «Что делать?», но и в реальности. В 1870 году ему удалось добиться того, чтобы ученица повивального класса Евгения Мужскова стала первой женщиной-прозектором в России.

Лесгафт совершал все эти действия при противодействии консервативной партии, которая контролировала большинство в совете Казанского университета. Партию поддерживал попечитель учебного округа, а старшие профессора принимали реакционные и часто коррумпированные решения.

Лесгафт не мог мириться с этой ситуацией и избрал для решения проблемы публичное освещение – в 1871 году в газете «Петербургские Ведомости» появилась его статья под заголовком: «Что происходит в Казанском университете».

В ноябре прошлого года правление университета поручило заведующим кабинетами сообщить о необходимых ремонтных работах. Я, в частности, просил отремонтировать оконные рамы в рабочих комнатах института, ссылаясь на то, что поперечины многих рам уже серьезно гниют. Так как молодые люди по своей работе вынуждены находиться возле окон, а неисправные рамы не защищают от холода и ветра, это может привести к болезням занимающихся.
В январе или феврале вновь избранный проректор Кремлев переехал на казенную квартиру. В мае я узнал, что правление оставило поправку оконных рам анатомического института до следующего года из-за недостатка университетских сумм, но в то же время разрешило устройство сада около квартиры г. проректора, который также входит в состав правления, – писал Лесгафт.

Лесгафт отмечал факты нарушений при пересдаче экзамена. Петр Францевич не обвинял никого в даче взяток, но ясно показал, как попечитель округа умалчивал о нарушениях правил со стороны одного студента, который в итоге получил зачет.

Противоречие эпохи Александра II проявилось в случае Лесгафта. Император разрешил открыто обсуждать проблемы общества и обращаться к правительству с жалобами. Когда Лесгафт выявил недостатки медицинского вуза, разгорелся скандал, и Александр II издал указ об отстранении Лесгафта от должности без права преподавания, установив над ним негласный надзор.

Учёба в военных учебных заведениях и преклонение перед британцами.

Финансовое положение Лесгафта было критичным. Чтобы прокормить жену Елизавету и сына Бориса, ему пришлось распродавать имущество. Самой болезненной для Петра Францевича была утрата аудитории, которой он мог передать научные знания.

Характером слабым пытался бы уйти от проблем с помощью алкоголя. Но Лесгафт отказался сдаваться. Старый друг – Грубер – пришел на помощь. Венцеслав Леопольдович сам придерживался прогрессивных взглядов и понимал, что ученик попал под каток несправедливой машины, защищающей себя, а не общественные интересы.

Он назначил Лесгафта руководить занятиями в женском кружке при Военно-Медицинской академии. Этот кружок являлся одним из первых медицинских учебных заведений для женщин. Под руководством Лесгафта число слушательниц достигло ста человек.

Успех Лесгафта в возвращении к преподавательской деятельности, несмотря на «волчий билет», связан с двумя факторами: авторитетом Грубера, которого слушало руководство Военно-Медицинской академии, и личностью Дмитрия Милютина, руководившего Министерством Вооружённых сил, человеком образованным и гуманным.

Лесгафт ценился слушательницами за справедливость и открытость. Всегда готов был к диалогу со студентками и считал, что преподаватель не должен наказывать и чрезмерно хвалить учеников. Лесгафт утверждал, что похвала и наказание как факторы мотивации действуют лишь временно, а вскоре студенты привыкают к подобной системе.

Лесгафту удалось восстановиться в глазах правительства, и в 1875 году Военное министерство направило его за границу. В России годом ранее была установлена всеобщая воинская повинность, что потребовало пересмотра системы подготовки армии. Необходимо было подготовить учителей гимнастики для совершенствования физической подготовки призывников.

Чтобы почерпнуть знания от зарубежных специалистов, Лесгафта отправили за границу. В 27 городах 13 стран посетил Лесгафт. По возвращении написал он книгу о физическом развитии и открыл курсы для подготовки офицеров.

В книге автор пришел к выводу о необходимости гармоничного развития личности. Проанализировав историю Античной Греции, автор отметил там параллельное развитие ума и тела. Для реализации идей в практике молодой человек должен быть физически развит. Чтобы контролировать тело и при минимальных усилиях добиваться максимальных результатов, человек должен быть умственно развит.

Лесгафт критиковал немецкий подход к тренировкам, где акцент делался на работу с железом. По его мнению, такой способ подготовки не давал гармоничного развития тела. Будут развиты руки, но человек потеряет ловкость и гибкость. К тому же немцы уделяли мало внимания развитию ног. Какой смысл в сильном верхе, если низ слабый?

Петр Францевич советовал ориентироваться на англичан: те не тянули железо, как немцы, но большое внимание уделяли играм, что развивало в молодых людях ловкость. Такие же принципы Лесгафт перенес и в российское образование.

Работу в Военно-Медицинской академии профессору прервала судьба. Пост военного министра занял генерал Вановский, который закрыть курсы Лесгафта.

Восстановленный в правах Петр Францевич быстро занял свою нишу – с 1878 по 1884 год трудился вторым прозектором в медицинской академии у профессора Грубера. В 1884 году стал приват-доцентом Петербургского университета.

Преподаватель физкультуры открыл собственные курсы, однако сталкивался с преследованием со стороны царского правительства.

В Санкт-Петербургском университете Лесгафт завоевал популярность у студентов. Его энтузиазм и умение привнести оживление в дисциплину, вроде анатомии, поражали слушателей.

Его студент, иммунолог Сергей Метальников вспоминал:

Его лекции отличались удивительной живостью изложения. Не только описывая явление, он старался представить его в образах. Стремился, чтобы каждое слово сразу же проверялось слушателями. Для этого прямо на лекциях подносил препарат или часть тела к каждому и заставлял пощупать руками.

«Не видели ли вы такого зрелища? Самое прекрасное, что можно вообразить», — крикнул человек, показывая на часть отмершей ткани.

В лекциях важным было не только преподавание анатомии, но и раскрытие целостного научного и философского взгляда на мир, изящного и согласованного.

Это был единственный в своем роде профессор-учитель».

Лесгафт призывал учащихся не только зубрить информацию, но и анализировать ее, вести рассуждения. По его убеждению, биологию лучше всего постигать не из книг, а посредством личного опыта «столкновений» с реальной жизнью.
В связи с этим он водил студентов по больницам и заводам, показывая им, как труд влияет на состояние костей и органов людей.

Лесгафт помимо медицины изучал математику, теорию сопротивления материалов и аналитическую механику.

Петр Францевич отличался трудолюбием и трудился по 15-18 часов ежедневно. Его желания были невысоки – предпочитал скромную одежду и передвигался по городу пешком. После лекций занимался научными исследованиями, изучал зарубежную научную литературу.

Лесгафт поддерживал постоянное самосовершенствование и высказывал неоднозначное мнение о вакцинации.
Концепция прививок ему не нравилась: человек лежит на диване, переедает и пьет, а получает защиту от болезней лишь благодаря уколу. Профессор считал, что защита от болезней должна добываться через занятия спортом.

Помимо университета Лесгафт проводил курсы в своей квартире по адресу Фонтанка 18. В аудитории лектора всегда было много людей, и некоторые слушатели стояли из-за недостатка мест для сидения. Тем не менее, желающих записаться на занятия приходилось ждать почти год.

Лесгафт не только делился теорией с другими, но и применял её сам. Дома принимал пациентов бесплатно, отказывался от денег даже при упорных попытки их вручить. Не разделял больные по социальному положению – лечил богатых политиков (к примеру, Петр Дурново, дворянин и министр внутренних дел, просил вылечить сына) и бедных крестьян. Последние приезжали в Петербург из деревень, и он относился к ним с любовью и заботой.

Лесгафт отличался аналитически развитым разумом. Был способен определить патологии костей и суставов по звуку, который человек издавало при ходьбе.

Купец первой гильдии и благотворитель Иннокентий Сибиряков искренне восхищался трудами Лесгафта. Желая поощрить профессора, но зная, что тот от денег откажется, он предложил использовать их для открытия биологической лаборатории. Сибиряков дал Лесгафту 200 000 рублей и дом на Бассейной улице стоимостью в 150 000 рублей.

Лесгафт согласился, потому что теперь мог открыть полноценное учебное заведение и чувствовать себя в нем свободным. В Петербургском университете как приват-доцент не мог распоряжаться помещениями. Его могли попросить выйти из аудитории более высокопоставленные преподаватели. Предлагали Лесгафту кафедру, но с условием чтения анатомии за один год вместо двух. Понимая, что это понизит качество обучения, профессор отказался.

В биолаборатории Лесгафт мог все устроить по своему желанию. В 1896 году создал Высшие научные курсы подготовки воспитательниц и руководительниц физического образования. Это стали первыми курсами для обучения преподавателей физкультуры.

Лесгафт заложил теоретические основы школьной физкультуры, определив необходимость дифференциации физических нагрузок по возрастным группам.

Лесгафт обучался будущих педагогов тому, чтобы те формировали у детей ловкость. В связи с этим он выступал против занятий тяжелыми железными палками, как у немцев. По его мнению, детские кости ещё не сформированы под такие нагрузки и это может привести к травмам.

Лесгафт рекомендовал включать детей в игры: благодаря им у ребят развивается ловкость и уважение к закону. Это он объяснял тем, что дети быстро накажут того, кто нарушит правила. Так у каждого участника формируется ответственность перед обществом.

Профессор считал, что главный инструмент учителя физкультуры – слово, а не демонстрация. Если педагог лишь покажет упражнение, то ребенок его повторит, даже не поняв зачем. Школа, по мнению Петра Францевича, должна воспитывать в ребенке умение рассуждать. Поэтому учитель обязан словесно разъяснить выполнение задания, а ребенок сам представит, проанализирует и тем самым научится лучше владеть своим телом.

Лесгафт так преподавал, пока его не выслали из Петербурга в 1901 году. За годы Петр Францевич не стал консерватором и сохранил верность прогрессивным убеждениям. В 1899 году царское правительство приняло временные правила: если студент проявлял политическую активность, то его отчисляли из университета и направляли в армию.

В марте 1901 года из-за мобилизации 183 студентов Киевского университета к акции протеста приступили учащиеся, собравшиеся около Казанского собора. Полиция резко пресекла митинг.

Раздосадованный этим, Лесгафт собрал 98 подписей несогласных и подал протест министру юстиции Муравьеву и министру внутренних дел Синягину. За такой шаг неповиновения правительство выслало Лесгафта в ссылку за «неблагонадежность».

Вернувшись в столицу через год, преследования продолжились. В 1905 году Высшие научные курсы подготовки воспитательниц и руководителей физического образования закрыли, а Лесгафта уволили за ненадёжность.

Не сломившись, он в период первой русской революции основал высшее училище со свободным обучением, установив вечерние занятия для рабочих.

В тяжелое время, когда обществу приходилось принимать чёткую позицию, Лесгафт оставался беспристрастным и считал главным в человеке индивидуальность, а не политические убеждения.

— Он мне всё объясняет, что социал-демократ, — говорит Петр Францевич, называя фамилию: а что мне до того, что он социал-демократ. Будь кем хочешь, эс-дэком, эсером – мне все равно. Нет, покажи мне свою личность, человеческую личность! А то — он, видите ли, эс-дек! вспоминала
диалог с Лесгафтом Вера Фигнер.

В библиотеке Вольной школы полиция обнаружила запрещённую литературу. На вопрос о владельцах книг Лесгафт заявил: «Отвественность несу я, я один». Ему предлагали выдать информацию о студентах, но профессор отказался становиться осведомителем.

В 1907 году власти закрыли Вольную школу, считая её политически опасной. Рабочие собрания внушали властям сильный страх.

Лесгафт скончался в 1909 году. В 1919 году Высшие курсы переименовали в Государственный институт физического образования. В 1924 году ему дали имя Петра Францевича Лесгафта.

Студенты университета получили 378 олимпийских медалей, из которых 190 золотых, а также более девятисот золотых медалей на мировых и европейских чемпионатах.