К 2022 году планируется ввод в эксплуатацию «СКА Арены», которая станет самым крупным ледовым дворцом спорта во всем мире.
Евгений Куликов, уроженец Санкт-Петербурга, представляет собой уникальное явление в мире конькобежного спорта. Он является олимпийским чемпионом, завоевавшим золото на Играх 1976 года, и обладателем серебряной медали Олимпиады 1980 года. Тем не менее, его выдающиеся заслуги заключаются не только в победах, даже несмотря на многочисленные триумфы на чемпионатах мира по спринту…
Самый быстрый в мире
Несомненно, Куликов был фигурой, опередившей свое время и своих конкурентов. Десятикратный рекордсмена мира можно сопоставить разве что с выдающимися спортсменами, такими как прыгун в длину американец Боб Бимон, показавший результат 8 метров 90 сантиметров, и шестовик Сергей Бубка, первым покоривший высоту 6 метров.
Именно таким новатором проявил себя Евгений Куликов. Один из самых быстрых спринтеров планеты за всю историю первым преодолел дистанцию 500 метров менее чем за 38 секунд, а спустя шесть лет – и за 37 секунд. Этот петербургский конькобежец устанавливал ориентиры для последующих поколений спортсменов. Его рекорд на пятисотке – 37,0 – оставался непобитым в течение шести лет, в спорте, где мировые рекорды обычно пересматриваются несколько раз в год!
В 1975 году Евгений Куликов был удостоен престижной награды в мире конькобежного спорта – «Оскара» как лучший спортсмен планеты.
Уже через год он триумфально выиграет свою главную дистанцию на Олимпийских играх в Инсбруке, где у него практически не было серьезных соперников.
Через четыре года, к Олимпийским играм в Лейк-Плэсиде, на сцену выйдет выдающийся спортсмен из США – Эрик Хайден.
Схватка на Играх
Конькобежный забег Куликова на Олимпиаде-1980 в Лейк-Плэсиде с американцем Эриком Хайденом стал легендарным событием. Хайден публично заявлял о своем намерении завоевать все пять золотых медалей конькобежной программы Игр. Это стало одной из самых ярких особенностей Олимпиады, и весь мир с волнением ждал развития событий на ледовом «Овале». Специалисты по всему миру единогласно предрекали Эрику успех на четырех дистанциях.
Единственным, кто мог помешать амбициозным замыслам американца, был Евгений Куликов, олимпийский чемпион 1976 года. В спринтерских дистанциях он превосходил соперника.
Жеребьевка свела их в одну гонку. Питерец одержал победу в разбеге и уверенно лидировал, достигнув финишной прямой, где будущий доктор Хайден догнал его и обошел всего лишь на мгновение. Тем не менее, Куликов остался непобежденным – превзойти его мировой рекорд соперникам так и не удалось.
У спортсмена из Ленинграда произошел незначительный срыв непосредственно перед финишной прямой. Тем не менее, международный авторитет Куликова был настолько высок, что средства массовой информации в ряде стран, помимо Советского Союза, выдвинули предположение о том, что организаторы соревнований намеренно оставили участок льда без участников на его дорожке, чтобы оказать поддержку соотечественнику.
Сам себе проиграл полсекунды
Евгений Николаевич долгое время руководил Комитетом по физической культуре и спорту Санкт-Петербурга, а впоследствии – известным «Мюзик-Холл». В настоящее время он занимается деятельностью в Федерации конькобежцев Санкт-Петербурга и одновременно является вице-президентом Союза конькобежцев Российской Федерации. Спокойно вспоминая противостояние на льду Лейк-Плэсида, он сохраняет свой обычный невозмутимый вид, что отличает его от типичного спринтера. С ним приятно общаться на самые разные темы, мы давно связаны дружескими отношениями.
– Евгений, вы и сами испытали олимпийскую славу, устанавливали мировые рекорды, становились чемпионом мира, и после завершения спортивной карьеры все сложилось удачно. Однако в череде этих достижений, какое место занимает олимпийская победа? – Безусловно. Олимпийские игры всегда выделяются своей уникальной атмосферой и особенностями. Особенно это касалось советской эпохи.
– Атмосфера была лучше?– В те годы существовало мнение, что спортсмен, не завоевавший золотую медаль на Олимпиаде, выступил недостаточно хорошо. Мы осознавали, что любая олимпийская медаль – уже значительное достижение, даже если она серебряная, но перед нами всегда ставилась одна и та же задача – занять первое место.
– Вы затронули важный вопрос: является ли серебряная медаль признаком успеха или, скорее, недостаточным результатом? Это связано с тем уникальным забегом, который у вас был с Эриком Хайденом? – Согласен. Это был поистине необычный забег. Прошло 34 года, и я могу с уверенностью сказать: не Хайден одержал победу в том забеге – я его упустил. Я должен был выиграть, это было моей обязанностью! Обязанность спринтера! Тогда я сам себе отбросил полсекунды. Но сейчас что о прошлом говорить…
– Мы возвращаемся к этому забегу, поскольку он вошел в историю. Историю коньков, историю Олимпийских игр. Хайден – это гений на льду, подобно Пеле в футболе или Фишеру в шахматах. Наш земляк, выдающийся шахматист Марк Тайманов, после поражения от Бобби написал книгу «Я стал жертвой Фишера». Вы не рассматриваете себя как человека, проигравшего Хайдену? – Нет. Я вообще не считаю себя жертвой чьей-либо воли. Хайден, безусловно, был выдающимся спортсменом. Но это вопрос принципа: спринтер на дистанции 500 метров обязан побеждать! Иначе это просто… несостоятельно! Хайден – блестящий стайер, отличный многоборец, но спринт – не его стихия. У каждого свои сильные стороны. Однако я тогда провалил свой забег.
– Это все равно что если бы спринтер Усейн Болт выиграл марафон. – Безусловно! Передача Эрику спринта была недопустима, это входило в мои обязанности. К сожалению.
Нехватка льда
– Возглавляя питерский спорт в сложные, если не сказать больше, времена девяностых годов, вам удалось добиться немалых успехов. Какие достижения вы считаете наиболее значимыми на посту главы комитета? – Прежде всего, создание Центра олимпийской подготовки, который продолжает функционировать и за что люди меня благодарят. Там впервые были внедрены новые методики работы. В этой сфере важна каждая деталь. Питание спортсменов организовали по принципу шведского стола – это существенный момент. Привлекли специалистов в области спортивной науки. Медицинское обслуживание было улучшено, создан отличный диспансер, где специалисты заботились о здоровье ребят. Там осуществлялось восстановление и реабилитация – полный комплекс мер.
– Что из задуманного не удалось осуществить?– Существовала ли возможность возвести в Петербурге конькобежный центр с крытым катком? Но я направил все усилия на поддержку других видов спорта. Я хотел продемонстрировать, что, будучи конькобежцем, не оказываю никаких привилегий своим коллегам, обеспечивая равное отношение ко всем видам спорта. Сейчас испытываю сожаление.
Негде было тренироваться
Безусловно, в девяностые годы прошлого столетия Евгений Николаевич Куликов едва ли мог представить себе ледовый комплекс такого размера, как современная «СКА Арена», возведенная в Санкт-Петербурге. При этом стоит отметить, что даже подобного ледового дворца было бы недостаточно для того, чтобы Куликов, выступая в 1980 году в Лейк-Плэсиде, одержал победу над Хайденом в том историческом забеге.
В Советском Союзе на тот момент не существовало крытых катков. Спорткомплекс им. В.И. Ленина был открыт лишь в мае 1980 года, то есть уже после проведения зимней Олимпиады. Тренировочный процесс проходил под открытым небом, при этом льда ощущалось острой нехватки, что усугублялось переменчивостью климата Санкт-Петербурга. Возможности для подготовки в родном городе были ограничены лишь зимними месяцами.
Несомненно, зарубежные соперники, такие как Хайден, обладали значительно лучшими условиями для тренировок. В настоящее время очевидно, что при наличии у советских спортсменов ледового дворца, сопоставимого с «СКА Ареной», исход забега между Куликовым и Хайденом на Олимпиаде 1980 года, скорее всего, был бы другим – в пользу Евгения Куликова.